Алтайские историки описали, как создавалась российская граница в Западной Сибири

Недавно в Барнауле вышла монография «Формирование российской границы в Иртышско-Енисейском междуречье в 1620–1720 гг.». Ее авторы Вадим Бородаев, историк, ведущий специалист по учебно-методической работе лаборатории исторического краеведения Алтайского государственного педагогического университета (АлтГПУ) и Аркадий Контев, кандидат исторических наук, доцент, проректор по учебной работе АлтГПУ. В 2015 году авторы выиграли грант Российского государственного научного фонда (РГНФ) на публикацию подготовленной ими монографии.

Эта книга не только о границе. На обложку вынесены рукописные чертежи петровского времени – карта Иртышско-Енисейского междуречья, созданная в 1718 году, и уникальный чертеж Ямышевской крепости 1715 года, который публикуется впервые. В книге авторы подробно рассказывают о начальном периоде сибирской картографии и первых инструментальных съёмках петровских геодезистов. Зарождение геодезии в Сибири – одна из сюжетных линий новой монографии. Она проиллюстрирована многочисленными репродукциями старинных чертежей и карт, часть из которых ранее была неизвестна исследователям.

Обложка книги оформлена рукописными чертежами петровского времени.

 

Уникальность книги именно в документальной базе, в обширной подборке архивных текстов и чертежей, сопровождающих каждую главу нового издания. Кроме того, в монографию включено более десятка исторических карт, составленных самими авторами.

По просьбе «ПОЛИТСИБРУ» Вадим Бородаев и Аркадий Контев рассказали о своей книге, над рукописью которой они работали семь лет.  

- Это исследование о том, как Россия осваивала приграничную южную территорию в Иртышско-Енисейском междуречье. Сначала мы брали только реку Обь, прослеживали, как по Оби сдвигалась к югу граница России, как российские военные и крестьяне впервые зашли на территорию современного Алтайского края.

Освоение россиянами Верхней Оби началось в 1604 году, когда в низовьях реки Томь  возвели город Томск. Затем в 1618 году был основан Кузнецк (нынешней Новокузнецк), в 1626 году Красноярск, и в 1648 году русские уже построили Анадырский острог на Чукотке. То есть на восток, до Тихого океана, дошли менее чем за полвека. А на юг, от Кузнецка и до того места, где сейчас стоит Барнаул, продвигались дольше столетия. Сравнительно небольшое расстояние от Кузнецка до речки Барнаул оказалось для России сложнее преодолеть, чем бескрайние просторы Якутии и Дальнего Востока.

Объясняется это тем, что на востоке русские сталкивались с редкими и плохо вооруженными родоплеменными группами,  а на юге существовало государство западных монголов-ойратов. Тюркоязычные жители приобских степей и Алтайских гор с давних времён являлись данниками монголов. Взаимоотношения российской администрации с этими старожилами Южной Сибири фактически превращались в межгосударственные отношения на самой периферии и Ойратского (монгольского), и Русского государства. Никакой установленной и маркированной государственной границы в виде цепочки межевых знаков здесь не было. Но в то же время граница, а точнее приграничная полоса, существовала, ее четко осознавало каждое поколение. Это была территория, за которой можно было потерять свободу или даже голову.  

Так продолжалось более столетия – в XVII и первой половине XVIII века. Это весьма длительный отрезок сибирской истории, однако о нашем регионе в этот период времени документальных исследований имеется пока мало. Писал профессор Алексей Павлович Уманский, некоторые сюжеты разбирал профессор Юрий Сергеевич Булыгин. Но Уманский занимался телеутами, его этот период привлекал в контексте истории тюркских народов, а Булыгина он интересовал как время начала крестьянской колонизации.

Наша книга хронологически неравномерна. Сюжеты, связанные с XVII веком, составили несколько глав. Значительно подробнее и детальнее разобраны походы вверх по Иртышу, когда в 1715 году русские войска по распоряжению Петра Iотправились за туркестанским золотом. Эти походы, продолжавшиеся до 1720 года, кардинально изменили ситуацию. Чтобы обезопасить дорогу, вдоль правого берега Иртыша ставили крепости. Но целью такого строительства была не маркировка границы, а золотые прииски соседнего государства.

Как ни странно, прииртышская земля Петру была не нужна. Об этом говорит то, с какой легкостью он в январе 1721 года предписал срыть все иртышские крепости, кроме Ямышевской и Омской. К тому времени уже были построены Усть-Каменогорская, Семипалатная, Железинская крепости. Столько сил было потрачено, и вдруг указ царя: укрепления разрушить, войска вывести! Решение монарха становится понятным, только когда знаешь конечную цель военного продвижения к истокам Иртыша – захватить места добычи золота. Речь идёт о приисках, расположенных в современном Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая, которые тогда контролировались Ойратским государством. Петру Iбыл нужен драгоценный металл, и решение он принял в духе того времени: раз у соседа есть, значит, нужно пойти и забрать. Россия казалась сильной, а сосед – Ойратское государство, будущее Джунгарское ханство – слабым.

В Европе каждый государь чеканил свою серебряную и золотую монету. В Россию из Германии завозили серебряные талеры (они назывались «ефимки») и перечеканивали в российские серебряные рубли. Золото в то время в нашем огромном государстве нигде не добывали. Российские золотые монеты чеканили в очень ограниченном количестве, в основном используя драгоценный песок, привозившийся из Китая.

О туркестанском золоте стало известно сибирскому губернатору Матвею Петровичу Гагарину. В 1714 году он отвёз образец ойратского золотого песка в Петербург и показал царю. Петр Iрешил послать для захвата золотых промыслов военную экспедицию под руководством Ивана Бухолца. В новой книге подробно рассказывается, как осуществлялось российское продвижение вверх по Иртышу. О нём уже писали и отечественные, и казахские исследователи. Первым об экспедиции за «песошным золотом» подробно рассказал академик Герард Фридрих Миллер в большой статье, изданной в 1760 году. Все последующие работы историков, как правило, основывались на сведениях Миллера.

Мы пошли другим путем. Основательно поработав в архивах, удалось выявить значительное количество новых документов и детально восстановить обстоятельства иртышских походов 1715–1720 годов.

Большой объём новых источников определил принцип построения глав книги: вслед за авторским текстом в каждой из глав публикуются тексты самих документов, дополнено это разнообразным иллюстративно-картографическим материалом. Документы и карты мы собирали около десятка лет. Они уникальны, многие публикуются впервые. 

Чертеж границы между Томским и Кузнецким уездами.

Карта 1717 года, копия 1757 года. Хранится в Государственном архиве Алтайского края. 

В начале работы над рукописью книга имела другое название и начиналась иначе. Это всегда так: когда книгу пишешь долго, она меняется, ведет за собой. Сначала было название «Формирование российской границы на Алтае в XVII – XVIII веках». По плану предполагалось охватить два века. Когда начали собирать материал, обилие новых сведений заставило ограничить хронологию одним столетием.

Зато территориальный охват описываемых событий, наоборот, постепенно расширялся. Ведь чтобы понять местную историю, надо знать, что происходило в тот же период в соседних регионах. Когда книга была уже более-менее написана, вместо «границы на Алтае» появилось новое название: «Формирование российской границы в Томь-Иртышском междуречье» – от Кузнецка до Семипалатинска. Однако затем стало ясно, что географию нужно расширять до Енисея, потому что некоторые ключевые сюжеты уходят туда. Тогда название книги приобрело окончательное звучание.

По мере работы над рукописью, нам удалось подробно, с использованием новых архивных материалов воссоздать обстоятельства основания Ямышевской, Омской, Семипалатинской и Усть-Каменогорской крепостей на Иртыше, историю создания первой и второй Бийской крепости, Чаусского и Бердского острогов, Белоярской крепости на Оби, Саянского острога на Енисее – тех форпостов, которые постепенно определяли границу.

Первоначально это были отдельные исторические очерки, маленькие законченные сюжеты, из которых складывалась общая картина. В таких документальных рассказах история той или иной крепости излагалась на протяжении значительного отрезка времени – многих лет, а то и десятилетий. Для читателей такая форма удобнее, нам она тоже казалась оптимальной.

Однако когда книга уже была выстроена в виде мозаики очерков, а текст практически готов, произошло какое-то прозрение: изученный нами массив документов дал новое качество, документы повели авторов за собой, помогли понять ситуацию в целом, увидеть картину не мозаичной, а общесибирской, подчинённой единому плану. Пришло понимание, что нельзя писать так, как мы писали. Нужно было те же самые факты изложить совершенно в другой системе координат, для чего нам пришлось переписать большую часть книги. Мы разложили хронологию на короткие промежутки – по годам и месяцам, но стали рассматривать местные сюжеты во взаимосвязи, широко – от Иртыша до Енисея. Тогда стало понятно, как этот фронт двигался. Иначе единого процесса не увидеть. Такая работа заняла последние год – полтора. В итоге у нас появилось два разных текста об одном и том же.

Чтобы облегчить работу с книгой, мы сделали подробные географический и именной указатели – на каких страницах упоминаются та или иная крепость, острог, город, тот или иной персонаж.

В книге есть много интересных сюжетов. Например, по Омску. В этом году Омску исполняется 300 лет, и до сих пор считалось, что Бухолц выбрал место для Омской крепости. Сейчас в городе даже есть площадь его имени. Но документы, которые мы нашли и опубликовали, не оставляют сомнения в том, что место строительства крепости определил опальный сибирский губернатор Матвей Петрович Гагарин. Проверка по архивным источникам очень многие вещи меняет.

В книге вместе с картами опубликованы полторы сотни документов. Их нет ни в Барнауле, ни даже в Тобольске. Все они хранятся в архивах Москвы и Санкт-Петербурга. Эти рукописные материалы нужно было найти и скопировать. Какие-то документы, особенно карты, нельзя сканировать из-за их состояния, можно было только перефотографировать. Мало кто понимает всю сложность подобной работы в архивах, но кто понимает, тот голову склонит.  

Российская Сибирь и Ойратское государство к началу 1720-х годов.

Составители - авторы книги.

Почему нижней датой исследования назван 1620 год? Дата достаточно условна. В 1618 году был основан Кузнецк. В 1620-х годах русские оттуда впервые проникли на Алтай и собрали дань (ясак) с местных народов. А в 1626 году в Москве случился пожар, во время которого полностью сгорел архив приказа Казанского дворца, где в то время собирались все сибирские материалы, так как отдельного Сибирского приказа еще не было. Огонь в одночасье уничтожил все сибирские документы, в Москве ничего не осталось. Пожар 1626 г. стал рубежным в сибирской истории, поскольку источников более раннего времени почти не сохранилось.

А вот 1720 год как верхняя хронологическая граница новой книги – это чётко. Это время окончания Иртышских походов, которое знаменовало начало проникновения в Рудный Алтай российских искателей приключений и открытие ими алтайских руд. С 1720 года началась новая «глава» в истории нашего края.

Дмитрий Негреев.



Комментарии (0)

1000