Нашли опечатку?
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Как Алтайский край заработал репутацию незаконного «лесного офшора»

Лесные скандалы, периодически сострясавшие Алтайский край, вышли на федеральный уровень. Причём в регионе в этом ряде дел и резонансных событий тенденции пока предпочитают не видеть. Колонка Василия Морозова специально для «Политсибру».

Федеральное ТВ фактически назвало одну из крупнейших компаний Алтайского края «лесной мафией», а бывшего чиновника — одним из главных организаторов этой природной преступности. При этом сделаны многие выводы и обобщения. Сюжеты в новостях, фильмы, ток-шоу — тема алтайского леса очевидно педалируется. Во всяком случае, определённая тенденция прослеживается.

Последнее (пока) громкое дело, «фигурантом» которого стал Алтайский край — это предполагаемая контрабанда 70 тысяч кубометров леса через границу региона на полмиллиарда рублей, о которой сообщило МВД РФ. Сумма за время расследования выросла — в конце 2017 года сообщалось о 27 тысячах кубометров и 150 миллионах рублей.

Попробуем разобраться в этой истории.

Итак, полумиллиардная контрабанда. Находим дело в Рубцовском районном суде, куда оно поступило в конце октября. Статьи УК РФ по контрабанде, уклонению от репатриации денег, незаконное создание юрлица и другие. Подозреваемые — некие А. С. Неклюдов и Н. В. Петрова, проживающие в Алтайском крае. Фирмы, через которые проворачивались дела, тоже зарегистрированы у нас.

Судя по базе «Спарк-Интерфакс», на Неклюдове числятся три компании: по торговле лесоматериалами и грузоперевозкам. Названия их не так важны, отметим лишь, что одно из предприятий символично называется ООО «Бобёр».

В двух фирмах из трех трудится по одному человеку, это не помешало им показать в 2017 году выручку в 271 и 26 миллионов рублей соответственно. На Петровой числятся две компании по грузоперевозкам, обороты которых скромнее. Такой вот сервисный тандем для торговли лесом. И, судя по объёмам, довольно серьёзный: из общего экспорта лесоматериалов из Алтайского почти 5%.

Правительство Алтайского края в лице минприроды пытается откреститься от причастности вывозимого леса к региону, или хотя бы поставить это под вопрос. Мол, древесина, скорее всего, из Красноярского края или Иркутской области. А по поводу программ на федеральном ТВ про «лесную мафию» минприроды обращается в СУСК с просьбой провести проверку, хотя она уже и так шла.

В связи с этим возникают вопросы.

Зачем везти древесину из Иркутска и Красноярска через Алтайский край? У этих регионов есть более близкие, удобные и экономичные с точки зрения логистики пути экспорта в Азию. Кроме того, по данным таможенных органов, объемы экспорта древесины и целлюлозно-бумажных изделий из Красноярского края и Иркутской области в 5,7 и в 22 раза соответственно превышают объемы экспорта той же продукции из Алтайского края. Так в связи с чем тогда могла возникнуть необходимость транспортировать незначительную толику экспортируемого объема именно через Алтайский край? А если вывозимый через Рубцовск лес все-таки наш, то какие нарушения пытаются скрыть чиновники?

Есть лёгкое ощущение дежа-вю. Прежнее руководство региона аналогичным образом пыталось поставить под сомнение рубки леса в Залесовском районе, о которых Владимиру Путину сообщал алтайский эколог Алексей Грибков.

Губернаторский канал тогда ставил под сомнение принадлежность фотографий с масштабными рубками к Алтайскому краю. Письма общественников возвращались по инстанциям в край и оседали в кабинетах чиновников.

Посмотрим, конвертируется ли эта история в суды, дела и сроки теперь.

Но важно здесь ещё и вот что. Если приплюсовать ко всему этому историю контрабанды леса, в которой подозревают предпринимателей Неклюдова и Петрову, то у Алтайского края создаётся имидж некоего преступного лесного «офшора»: здесь и срубят, и погрузят, и за границу передадут, и, возможно (но не факт), что вам за это ничего не будет. В общем, сервис отличный!

Регион заслужил славу территории, где проблема с лесами не просто остра, но и долгое время не решалась. И, судя по всему, федеральные власти всё видят и знают.

Но видят ли в крае за этими событиями именно явление, масштабную проблему?

И что по этому поводу думает и скажет новый губернатор Алтайского края Виктор Томенко? Ведь очевидно, что лесная тема — вызов для него. Позиция губернатора в этом вопросе многое бы показала.

Василий Морозов.